В различных районах Сирии происходят отдельные инциденты с применением оружия и вспышки локальной напряженности, нередко сопровождающиеся подстрекательской риторикой, что подрывает чувство защищенности граждан и социальную сплоченность, и подчеркивает важность укрепления общественной безопасности на переходном этапе, продолжения мер по контролю над оборотом оружия, обеспечения правопорядка и укрепления доверия между государственными институтами и обществом.
Общественная безопасность, как правило, предполагает защиту граждан, их собственности и прав, а также обеспечение условий для безопасной повседневной жизни; ее достижение в целом — и в контексте сирийских реалий в частности — требует слаженности органов безопасности, монополии государства на применение силы, сплочения общества вокруг объединяющей национальной идентичности и верховенства права над всеми гражданами и институтами без какой-либо дискриминации по признаку пола, религии, расы или национальной принадлежности. Значимость этих требований возрастает на фоне накопившихся последствий десятилетий авторитаризма, а также долгих лет войны, вынужденного переселения и разобщенности.
Проблема общественной безопасности и связанные с ней вызовы в Сирии после падения режима Асада относятся к числу наиболее острых вопросов ввиду масштабной социальной дезинтеграции, усугублявшейся на протяжении шести десятилетий авторитарного правления, а также в силу специфики текущего переходного этапа, где вызовы в сфере безопасности и общественной жизни тесно переплетаются с задачами восстановления государственных институтов.
В этой связи распространение оружия вне государственного контроля представляет собой одну из главных угроз общественной безопасности, поскольку оно способно перерастать из бытовых и локальных конфликтов в вооруженные столкновения. Преступность становится постоянным источником тревоги для населения в затронутых ею районах, влияя на выбор места жительства, трудовую деятельность и свободу передвижения, а регулярные убийства с применением огнестрельного оружия лишь обостряют эту проблему. Так, в третьем квартале 2026 года в результате неприцельной стрельбы или огня из неустановленных источников погибли 76 мирных жителей, что свидетельствует о необходимости усиления мер по защите гражданского населения вне зависимости от обстоятельств и мотивов подобных инцидентов.
В рамках противодействия этим угрозам в сентябре и текущем октябре в различных районах Сирии были приняты меры по пресечению незаконного ношения оружия и его изъятию. Они включали развертывание сил безопасности для обеспечения соблюдения запрета на ношение оружия в городе Эль-Хасака, а также обнаружение тайников с оружием и боеприпасами в Эль-Кадмусе и сельских районах Банияса. Эффективность этих шагов напрямую зависит от их регулярности и принципа неотвратимости закона для каждого, что позволит ограничить использование оружия при разрешении споров и защитить стабильность в обществе.
Одним из ключевых фундаментальных вызовов для сирийского общества в переходный период остается распространение языка вражды, особенно с учетом использования социальных сетей для разжигания розни и оправдания актов насилия. Проявления этой риторики многообразны: от подстрекательства на межконфессиональной и межэтнической почве против определенных национальностей до регионализма, выражающегося в стигматизации выходцев из тех или иных провинций и городов, а также полемики между представителями различных вероучительных школ. Опасность подобных явлений усиливается масштабностью их воздействия на социум, способностью углублять раскол и трансформировать межличностные конфликты в групповые столкновения.
В данном контексте Пакт о единстве исламского дискурса, обнародованный Министерством вакуфов, стал одной из инициатив, призванных содействовать взаимопониманию между богословскими школами. Для закрепления позитивного эффекта необходимо сотрудничество религиозных институтов в сфере предотвращения подстрекательства и урегулирования разногласий. Наряду с этим требуется пересмотр мер уголовной ответственности за разжигание вражды с четким юридическим определением наказуемых деяний, что обеспечит защиту общества без ущемления права на критику и свободу слова.
С другой стороны, дефицит политических партий и организованной политической жизни усиливает чувство политического отчуждения и может способствовать росту общественного недовольства по социально-политическим вопросам, затрагивающим интересы граждан. Отсутствие закона, регулирующего деятельность партий в Сирии, несмотря на то что с момента принятия Конституционной декларации прошло уже более полутора лет, остается препятствием для самоорганизации граждан в рамках легальных политических структур, сужая каналы участия в принятии решений и артикуляции требований.
В связи с этим возрастает необходимость принятия закона о партиях, который позволит упорядочить политическую деятельность, сформировать институциональные каналы гражданского просвещения и подготовку кадров, исключая практику негласного вовлечения в закрытые фракционные группировки. Результативность этого шага зависит от обеспечения гарантий плюрализма и равного участия, что создаст условия для мирного разрешения противоречий, рассмотрения запросов общества и укрепления гражданского мира.
Серьезную угрозу общественной безопасности представляет также снижение дееспособности официальных институтов социального контроля, включая судебную систему, органы безопасности, пенитенциарные учреждения и исправительные заведения. Кризис этих структур коренится в институциональной деградации и масштабной коррупции эпохи правления режима Асада, а затягивание реформ и модернизации правоприменительной практики сдерживает их возможности по борьбе с преступностью и урегулированию конфликтов.
Преодоление этого кризиса требует утверждения принципов подотчетности и верховенства закона, пересмотра законодательства, регламентирующего поведение граждан, с целью общей и специальной превенции преступности, а также повышения квалификации, технической оснащенности и профессионального уровня сотрудников силовых структур — прежде всего в части изучения криминального поведения и соблюдения правовых норм. Параллельно с этим необходимо укреплять независимость судебной власти и вырабатывать объективные стандарты назначения и продвижения судей; реформа должна также охватить пенитенциарную систему и учреждения для несовершеннолетних, чтобы они в полной мере выполняли задачи реабилитации, воспитания и социальной реинтеграции.
Что касается неформальных институтов социального контроля, то ослабление социализирующей функции семьи выступает фактором снижения общественной сплоченности под влиянием экономических тягот и трансформаций, затронувших роль родителей. Это сопровождается снижением воспитательного и образовательного потенциала школы, что обусловлено высоким уровнем отсева учащихся, дефицитом педагогических кадров и выводом из строя ряда учебных заведений из-за разрушений в ходе войны. Кроме того, падает авторитет религиозных институтов вследствие разногласий между их течениями по политическим или доктринальным мотивам.
В конечном счете проблема общественной безопасности относится к категории стратегически значимых, будучи неразрывно связанной с национальной безопасностью государства, социальной сплоченностью и общественной стабильностью. Ее решение требует сопряжения усилий по изъятию нелегального оружия и борьбе с преступностью с реформой судебных органов и структур правопорядка, упорядочением политического участия, а также всесторонней поддержкой институтов семьи, школы и духовенства. Прогресс на этих направлениях повысит доверие граждан к государственным институтам и их способности защитить население, создав прочный фундамент для устойчивого общественного развития в переходный период.

